За окном бушует бабье лето. Желтые лепестки берез, плавно кружась в воздухе, медленно опускаются на землю. Вот набежал лёгкий ветерок, подхватил их, и они, словно соревнуясь, помчались догонять собратьев, улетая всё дальше и дальше от берёзок, породивших их.
Застыли стройные ёлочки, любуясь осенними красками леса. Грустно перешептываются, ещё сохранившимися на них листьями осинки, словно прощаясь с уходящим летом.
Прекрасно бабье лето в Академгородке! Живи. Любуйся…
В такой вот погожий день, уже не летний, но еще и не осенний, в далекой от Академгородка Америке погиб наш сын Виталий Цикоза –
25 сентября 2006 года. Погиб, пытаясь спасти упавшую со скалы трехлетнюю девочку.
Прошёл год со дня его гибели, но родительское сердце всё так же ноет, и кажется, что сейчас откроется дверь и он войдет, или раздастся звонок и мы услышим: «Здравствуйте, это я. Приехал». Но не откроется дверь, не раздастся звонок. Оттуда не возвращаются. Остается лишь ПАМЯТЬ.
Виталика в Новосибирске знали многие. Знали соученики, сокурсники, соратники по работе, бывшие студенты Колледжа информатики, студенты Университета. Знали его и во многих городах и весях России, где живут участники многих Летних Школ Юных Программистов (ЛШЮП) и Олимпиад, в которых он принимал участие как школьник, студент, преподаватель, судья. Знают по многочисленным поездкам по стране как участника многих семинаров по информатике.
Хотелось бы, чтобы в эти сентябрьские дни все, знавшие его при жизни, вместе с нами вспомнили о нем. Вспомним – каждый своего Виталия. Не надо грустить. Просто вспомните…
В те дни, год назад, в газетах нашего городка, центральных газетах и радио, в газетах многих стран мира сообщалось о нем, о его Подвиге.
Он родился и всю жизнь прожил в Академгородке. Это его малая родина. И покидать её он никогда не собирался. Отказывался от лестных предложений работать в США.
Читать Виталик начал в 3,5 года и к тому времени, когда наступило время идти в школу, прочел многие тома «Детской энциклопедии».
В шесть лет он поражал всех, с кем приходилось общаться, тем, что не задумываясь мог назвать день недели любого числа предыдущего или будущего года. Однажды во время похода в лес за грибами наш сосед д.э.н., зам. директора Института экономики Д.М. Казакевич решил проверить. Несколько раз, долго перебирая по пальцам дни, он спрашивал: «Виталик, а скажи – какой день будет … сентября, … марта, … декабря?» Ответ следовал мгновенно. Суть этого феномена так и осталась нераскрытой.
А вот и первый класс (и КЮТ). Учился охотно, но по словам Марии Николаевны, учительницы, «отличником никогда не будет – слишком вертлявый». В КЮТ тоже ходил с интересом. Надо сказать, что в школу, КЮТ, бассейн всегда и везде ходил сам. В любую погоду, хотя и не был «суперменом».
В КЮТе, как и все дети его возраста, занимался выпиливанием, выжиганием (некоторые поделки сохранились и ныне). А однажды попал в «исторический» кадр (по крайней мере, для нашей семьи) вместе с академиком М.А. Лаврентьевым. Снимок этот демонстрировался в Доме Ученых в день 50-летия СО РАН и, в виде панно, украшает стены клуба «mc2»
В КЮТе после окончания занятий в своем кружке постоянно заглядывал в соседний кабинет, где более старшие ребята занимались в астрономическом кружке. Однажды руководитель кружка, заметив его, в очередной раз заглядывающего в кабинет, пригласил зайти.
- Интересуешься?
-Да.
Отбросил на экран карту звездного неба и много других кадров по теме и был удивлен, получив исчерпывающие ответы по всем слайдам.
- В каком классе учишься?
- В третьем.
- …Приходи к нам в кружок, когда будешь учиться в пятом классе. У нас занимаются пятиклассники.
В пятом он пришел, но пробыл там не долго. Ушел. Может, знал уже из энциклопедии то, чем там занимались, а, может, не оправдались ожидания. Сам не сказал, а мы не допытывались. Это его выбор.
Надо сказать, что Виталик был очень обязательным человеком. Всегда.
С раннего детства. В детском садике – палочка-выручалочка у воспитателей. Ещё бы! Младшего персонала не хватало, воспитателям приходилось самим мыть посуду, убирать помещения, а детей оставлять без присмотра. Обычно в это время Виталик читал детям сказку. Дети заняты – все внимательно слушают. Надежда Григорьевна, его первая и самая любимая воспитательница, всегда говорила нам: «Виталик у меня, как правая рука, палочка-выручалочка что на приусадебных грядках, что при посещении всяких проверяющих комиссий».
В школе – то же самое. Всегда принимал участие в школьных и районных олимпиадах по математике и русскому языку, занимая призовые места. Однажды, придя из школы позднее обычного, сказал, что был на районной олимпиаде по биологии. Мы удивились. Он не увлекался ею.
Оказалось, что в этот день участники олимпиады заболели и надо было срочно их кем-то заменить. Буквально, поймав в коридоре за рукав, послали его. Он занял третье место на этой олимпиаде, что было для нас большой неожиданностью.
Ещё когда он был дошкольником, наша соседка по квартире Цецилия Яковлевна Штарк, педагог по дошкольному воспитанию с очень большим стажем, постоянно говорила мне: « Виталик очень талантливый мальчик! Очень!» Она просто обожала его и всякий раз, когда ее сын, Марк Борисович, бывал в загранкомандировках, поручала ему привозить Виталику какой-нибудь подарок. Мы посмеивались над ее словами, так как ни в то время, ни позже не считали его каким-то талантом, хотя, конечно, определенные задатки у него мы видели.
Но вот начался шестой класс. Этот год определил всю его дальнейшую судьбу и выбор профессии. Уже в шестом классе мы поняли, что Виталик будет программистом. Это его судьба. Это была всепоглощающая любовь среди его многочисленных увлечений. Любовь на всю жизнь. В этом году («историческая» дата – 15 октября 1977 г.) к ним в класс пришел Г.А. Звенигородский, аспирант ВЦ, с предложением записаться в создаваемую на базе ВЦ под руководством академика А.П. Ершова первую в СССР Школу Юных Программистов (ШЮП). И Виталик стал одним из первых учеников этой школы, получивших затем вместе с аттестатом зрелости удостоверение техника-программиста. Что дальше будет мехмат НГУ, было бы понятно и ежу.
Все годы учебы в школе (а позже в НГУ) проходили в постоянных разъездах по стране, многочисленных конференциях, Олимпиадах. Где они только не побывали! Объехали полстраны. Географию страны можно изучать по их маршрутам: Харьков, Москва, Ленинград, Киев, Иркутск, Братск, Свердловск, Челябинск, Миасс, Сургут, Барнаул, Таллин, Тарту, Серпухов, Волжский, Красноярск-26… Потом будет поездка и в Америку - Нью – Йорк, Вашингтон, Рестон, Сиэтл, Сан – Франциско.
Самая памятная победа – в шестом классе на проходившем в Харькове слете юных программистов, где он занял первое место. Первая крупная победа! Приехал гордый и окрыленный! А сколько побед было потом!
На ВЦ бегали ежедневно и допоздна. Геннадия Анатольевича Звенигородского дети обожали. Не любили. Нет! Обожали !!! И он того был достоин…
В школе Виталик учился хорошо, хотя круглым отличником не был. Наверно, он мог бы и отличником стать, но, видно, у него были какие-то свои «приоритеты». Ведь и потом, после окончания НГУ, он не стремился защитить диссертацию, занять выгодную должность и т.п. По физкультуре у него были вообще какие-то проблемы. Как-то Светлана Моисеевна, учитель физкультуры, сказала: «Если бы можно было ставить все двойки…». Вроде не совсем уж и хиляк был, но и не спортсмен. Летом на велосипеде проезжал сотни километров, плавал, зимой на лыжах ходил…
При всей своей занятости учебой и программированием он никогда не был в стороне от проводимых в классе и школе мероприятий. Напротив, всегда был самым их активным участником. Мы всегда удивлялись тому, как у него на всё хватало времени? Наверное, помогала высокая организованность. Позже, когда он стал уже взрослым, многие отмечали у него эту черту.
Во втором классе Виталик начал писать рассказы, а чуть позже и стихи. Однажды послал свой рассказ «Вечер чудес» и стихотворение в пионерский журнал «Костер», откуда получили ответ с вполне положительной рецензией и рекомендацией записаться в Новосибирске в детский литературный кружок, чтобы не вариться в собственном соку.
В 5-м классе он послал в журнал «Юный Техник» свое изобретение «сигнал точного времени» (мы об этом не знали). Из журнала пришёл ответ, что он изобрел «стоящую вещь», но она, к сожалению, существует в виде действующих школьных звонков. Мы удивились, прочитав этот ответ. Физику они к тому времени еще не учили, в технические кружки он не ходил, в роду у нас технарей нет. И неважно, что он «изобрёл велосипед», но это его детище.
В седьмом классе классная руководительница Ирина Яковлевна Гунина сказала мне: « Виталика надо перевести в параллельный класс, где русский язык ведёт Владимир Федорович Рудак. Я веду строго по программе, а Владимир Федорович ведет шире». Мы не возражали, потому что сами восхищались Владимиром Федоровичем, который изредка вел уроки русского языка в их классе, заменяя заболевшего преподавателя. Всякий раз Виталик с восторгом рассказывал о Владимире Федоровиче: «Какой интересный был урок!» Но мне было неудобно перед Ириной Яковлевной, предложившей перевести Виталика в класс Владимира Федоровича (я трепетно отношусь к труду учителя). Она сказала, что сделает всё сама.
Я был поражен её благородством: Виталик у неё как у классного руководителя был правой рукой. Выпуск стенгазеты, организация всякого рода классных мероприятий, фестивалей, сбора металлолома – во всем он один из первых её помощников.
Итак, он в классе у Владимира Фёдоровича. После каждого урока русского языка возвращается с горящими глазами и с пятёркой в дневнике или в тетради. Иногда за четверть бывала и четверка, но мы понимали, что это стимул идти дальше. Каких только форм занятий и заданий не придумывал Владимир Фёдорович! И на скорость, и на оригинальность, и на знание контекста, и диктанты по программе пединститута… И все отметки шли в журнал (учителя говорили, что это только Владимир Федорович может себе позволить). В девятом классе он дарит Виталику как своему лучшему ученику и неоднократному призеру районных олимпиад по русскому языку авторскую книгу-пособие с соответствующей надписью и автографом, что было для нас приятной неожиданностью.
А вот и очередная неожиданность: Владимир Фёдорович знакомит Виталика со своим учителем – профессором, зав. кафедрой НГУ. И начались новые занятия. Два раза в неделю он ходит домой к профессору по вечерам. И так всю зиму. Чем они занимались, точно не знаю, но знаю, что одна из тем их занятий – «Связь индо-европейской группы языков». Занималася с интересом. Часто общались по телефону.
А как же программирование? - Всё так же. Ежедневно допоздна на ВЦ. Кроме того поездки в другие города - то на олимпиады,то на какие-то семинары. После возвращения из очередной поездки он в течение 2-х недель не выходит на связь с профессором. Понимаю, что на 2-х стульях сидеть сложно. Спрашиваю: «Так?»
-Да.
- Ну так сходи, объясни. Он к тебе хорошо относится, тратит своё время, и ты должен уважать его. Он поймёт.
Сходил. Объяснился. Занялся одним делом.
В школе тоже дела идут нормально. Выясняется, что он лучший политинформатор школы. Старшеклассникам поручали проводить политинформации в младших классах. За каждым учеником закрепляли класс. Через 2-3 политинформации в большинстве классов они «угасали», и только в классе Виталия политинформациии продолжались до конца года. При этом, как говорила учитель истории, проводил он их добротно.
Наша семья выписывала журнал «Новое Время», мы покупали и другие общественно-политические журналы. Он читал их с интересом, систематизируя материалы, печатаемые там.
В школьные годы у него было много всяких увлечений. Помимо
программного английского языка, самостоятельно начал изучать французский и польский. Был у нас знакомый поляк в Сузуне. Изредка наведывался к нам и радовался возможности пообщаться с Виталиком на родном польском языке. Был он не слишком грамотен, потому Виталик читал ему польские газеты «Трибуна люду» и «Житце Варшавы». Это было большим удовольствием для обоих – ученика 6-7 классов и пожилого поляка.
В 9 классе он основательно занялся изучением японского языка, причем, почему-то таясь от нас, пряча учебник японского языка под подушку, хотя у нас никогда не было отрицательных эмоций по поводу того, чем он занимается. Продолжил, учась в НГУ, бегая на лекции на соседний факультет и посещая занятия.
Каждое лето в Новосибирске проводились Летние Школы Юных Программистов, Олимпиады. Съезжались школьники со всей страны (бывшего СССР). Как победителю Олимпиад в 8-м и в 9 классах, оргкомитет Летних Школ давал Виталию рекомендации для поступления на мехмат НГУ. При поступлении в НГУ он их никому не показывал.
И вот он - студент. Школу закончил хорошо. Вместе со своей «программистской компанией», Женей Налимовым, Наташей Глаголевой, успешно сдали вступительные экзамены. Начались студенческие годы.
В жизни внешне мало что изменилось: учеба, ВЦ, поездки в различные командировки. Добавились лишь сессии.
На одной из ежегодных ЛШЮП познакомился с Андреем Филипповым, сотрудником одного из московских институтов. Знакомство это переросло затем
в многолетнюю дружбу и сотрудничество. К этому времени относится начало их работы с персональной ЭВМ «Агат». Не берусь судить о достоинствах и недостатках этой машины (не специалист), но кажется, что в то время, когда эта персональная ЭВМ впервые появилась в нашем доме, это был если не единственный экземпляр в нашей стране, то один из очень-очень немногих. Она постоянно была у нас в квартире, Виталий что-то проверял, отрабатывал на ней и периодически отправлял её в Москву (с оказией, лично или с кем-то из их «программистской компании») с сопроводительными документами - замечаниями, новыми программами, рекомендациями и т.д.
Ну, не выдерживала она темпа их работы, не удовлетворяла их требованиям - требовалась доработка, усовершенствование. Этим и занимались. Много позже, когда уже планировался её массовый выпуск, Виталий посетил ряд заводов (в Серпухове Московской обл., в г. Волжском Волгоградской обл.).
Второй курс университета. Мерно катится «телега» по накатанной дороге. Занятия, зачёты, сессия, работа на ВЦ над программой «Школьница». Все в ожидании призыва в армию. Призовут - нет, призовут - нет… Там – в Верхах - тоже пока не определились с этим вопросом – из каких вузов брать на воинскую службу, из каких - нет. Гадают они, гадают все. И все вместе чешут затылки…
Как-то вечером, возвратясь домой, Виталик сказал: «На днях будет опубликовано постановление ЦК КПСС о начале преподавания информатики в учебных заведениях страны. Это - итог нашей работы, команды А.П. Ершова». Мы, про себя, усмехнулись – ну, дают… Кто - они и кто - ЦК? Пришли к ним и сказали: « Всё, ребята, начинаем масштабное обучение информатике…».
А вот и повестка в военкомат и призыв на воинскую службу Виталия и Жени. Явиться через 2 дня. Мама в отъезде, а сын уходит в Армию… Тревожно на душе.
И вот они с Женей уже в Новосибирске, в «холодильнике». Ожидают отправки в часть. Некоторых ребят уже забрали.
Одновременно с приказом министра обороны страны о призыве на воинскую службу граждан 1965 года рождения вышло и ожидаемое постановление ЦК КПСС СССР о начале преподавания информатики
во всех учебных заведениях страны. Получил соответствующее распоряжение и начальник Новосибирского военно-политического училища генерал Зубков.
Звонок акад. А.П.Ершову: « Мы получили приказ о начале преподавания в училище информатики. А что это такое? Зачем? Не знаем! Не могли бы Вы нам помочь?»
- У меня есть два студента, которые могли бы Вам помочь, но их призвали в армию.
- Я возьму их к себе.
…Но как быть? По существующим в то время правилам призывник должен был служить в другом регионе, часто очень далеко от места призыва в армию. И у начальника военного училища, хоть и генерала, не тот статус, чтобы изменить это правило. Решить этот вопрос мог только Командующий военным округом. Срочно было составлено ходатайство от руководства военного училища Командющему войсками округа о разрешении прохождения воинской службы призывникам Налимову Евгению Викторовичу и Цикозе Виталию Аркадьевичу в Новосибирском военно-политическом училище как специалистам в области информатики, которые могли бы поспособствовать выполнению Приказа министра обороны о начале преподавания информатики в военных учебных заведениях. Подготовили бы базу для обучения курсантов.
Был воскресный день. Командующий войсками округа был где-то на рыбалке… А призывников тем временем из «холодильника» разбирали…
Г.А.Звенигородский сумел-таки отыскать его, объяснить ситуацию, – и нужная подпись была получена.
И вот Виталий и Женя уже солдаты танковой роты батальона обслуживания НВВПУ. Звонок домой: «Алло, я здесь. Звоню из военного училища». А оно расположено в Академгородоке, т.е., считай, дома.
К этому времени возвратилась домой мама. Немного успокоилась.
А дальше началась воинская служба по уставу со всеми ее тяготами…
В высших инстанциях уточняли характер и программу обучения. Было известно лишь одно, что обучать придется офицеров-преподавателей. А пока в холле одного из учебных корпусов для Виталия и Жени отгородили уголок, сделали стены, превратив в небольшую комнатку, где можно было работать. Поставили ЭВМ и разрешили в свободное от несения воинской службы время работать по программе ВЦ. Речь идёт о программе «Школьница», сдача которой была намечена на весну. Вроде бы получилось «и волки сыты и овцы целы». Все стороны довольны. Но…
Внезапно, простудившись, умирает руководитель этой работы Г.А.Звенигородский. Вся ребятня в шоке, ребята постарше тоже. Он был всеобщим любимцем.
Казалось, что на кладбище собралось всё молодое население Академгородка. Взрослых тоже было немало. И это – несмотря на 30 градусный мороз! В памяти всплывает: у открытой могилы стоят два худосочных солдатика, посиневших от холода, но без шапок – Женя и Виталий. Виталий дает своему учителю клятву, что начатое ими дело будет закончено.
Через несколько дней совещание у А.П.Ершова. Сотрудники ВЦ, студенты, школьники – вся команда. Принято то же решение: работу сделаем! И вот уже НВВПУ превратилось в штаб работы над программой «Школьница» (или в одно из его подразделений). Всем ребятам, участникам разработки, командованием училища были выданы постоянные пропуска на территорию училища. В корпус, где обосновались Женя и Виталий. Команда А.П. Ершова с честью выдержала выпавшее на её долю испытание. Я видел два толстенных тома – итог их работы. Весной Государственная Комиссия приняла и одобрила их работу. Считалось, что дети не могут осваивать информатику в силу их возраста, а А.П. Ершов
пытался довести до сознания общества, что именно с детей надо начинать, если мы хотим иметь развитую страну. Члены Государственной Комиссии тщательно ознакомились с методикой и результатами преподавания информатики в одной из школ Академгородка, впервые включенной в программу обучения детей младшего школьного возраста. В результате был подписан Акт приемки программы «Школьница» с небольшими рабочими замечаниями. В резюме его говорилось: учитывая, что данная работа была выполнена в основном силами студенческой и школьной молодежи, Комиссия рекомендует выдвинуть её на соискание Государственной премии им. Ленинского Комсомола.
Зимой определились и с программой и объёмом преподавания информатики офицерам- преподавателям училища. Поручили рядовому Цикозе В.А. прочесть им 100-часовой курс лекций. Не стоит говорить о том, насколько серьезно отнёсся Виталий к порученному заданию. Он читал лекции людям старше него по возрасту, с большим жизненным опытом, среди которых самый молодой - капитан, а остальные - майоры и подполковники.
Во время редких встреч с ним мы слегка подтрунивали: солдатик-преподаватель входит в офицерский класс – какую команду отдает дежурный отцам-командирам, сидящим за партами?.. Однажды Виталий сказал: «Сегодня был на заседании Ученого Совета. Сидел рядом с генералом, начальником училища. Генерал советовался со мной…».
Следует сказать, что по службе им с Женей не было никаких поблажек. Как и все, ходили в наряды (кухня, «тумбочка», туалет, всякого рода уборки и т.д.). Уже по истечении достаточно долгого времени прохождения службы сказал: « Сегодня генерал сказал комбату – хватит ребятам мыть туалеты, пора им присвоить звание сержантов».
В училище Виталий, как и в школе, оставался активным человеком. Однажды комсорг батальона попросил его помочь составить план комсомольской работы с целью оживить её. Виталик исписал целую тетрадь. На наш вопрос о том, как комсорг отнесся к его рекомендациям, ответил: « По-моему, он изучает тетрадь, как библию». Сказано без хвастовства, часто свойственного молодым людям.
Я никогда не слышал, не замечал, чтобы он хоть немного, хоть чуть-чуть показывал, что он в чём-то разбирается лучше собеседника. Разговор, независимо от возраста, всегда вел на равных: не унижая и не преклоняясь. Таким был его дедушка, которого на селе люди уважали именно за эти качества.
Никогда не рассказывал о «дедовщине» (где её нет?). Однажды лишь ответил: « Ну заставят нас с «дедом» очищать от снега плац – я чищу- мне тепло, а он наслаждается властью, дрожа и посинев от холода». И всё! Больше ни слова о невзгодах, неприятных моментах.
Окончена служба. Снова НГУ, 3-й курс мехмата. Наташа Глаголева, их верная сподвижница, уже на 5-м курсе. И снова лекции, снова ВЦ. Теперь они с Женей уже официальные сотрудники ВЦ – получили трудовые книжки.
В учебе очень серьезен. Последние два курса получал именные стипендии. А тем временем… Принес домой пачку писем американских граждан Генеральному Секретарю ЦК КПСС М.С. Горбачёву с просьбой разрешить встречу советских и американских детей, увлекающихся программированием. «Дети, - писали они, - быстрее найдут пути к взаимопониманию наших народов. Мы готовы принять их в своих семьях, чтобы они пообщались со сверстниками». Таких писем в Москву пришло очень много. Часть их из ЦК КПСС переслали в Новосибирск акад. А.П. Ершову, как признанному лидеру и глашатаю начала компьютеризации страны через обучение информатике детей. Многие такие письма оказались и в нашей квартире на улице Морской проспект…
И вот свершилось! Встреча разрешена! В Америку разрешена поездка 15 студентам и школьникам из Академ- городка. Среди них и студент 3-го курса НГУ Виталий Цикоза.
К большому сожалению «невыездным» оказался Женя Налимов, хотя он был достоин этой поездки, как никто другой, - ведь они были первыми выпускниками новосибирской ШЮП, так много успевшими сделать на этом поприще. Фактически они были одними из первопроходцев детской информатики в нашей стране. Оказалось, что причиной тому явилась работа его отчима в Институте ядерной физики и что - то там как-то… Получилось вот так…
Началась подготовка к поездке – сборы в дорогу дома, наставления, «накачка» - в оргкомитете и ещё где-то, и ещё… В Америке жили в семьях по неделе в 3-х городах. Познакомились, подружились с американцами – расставаясь, плакали. Никаких провокаций, как их «накачивали» перед поездкой, не было и в помине. Напротив, был радушный прием простых американцев и неподдельный интерес к нашей стране.
Возглавлял делегацию, естественно, академик А.П.Ершов. Старшие ребята встречались со студентами университета в Нью-Йорке. Виталик на встрече со студентами рассказал о своих наработках и работе их коллектива в области школьной информатики. Договорились о сотрудничестве.
Посетили родину Марка Твена. Ходили с американскими сверстниками на дискотеки. И основные вопросы везде: А как у вас? А правда, что у вас медведи по улицам ходят? И большое удивление у всех и везде, что в Сибири есть город Новосибирск, в котором проживает 1,5 млн. человек.
Невероятно! В их представлениях – Сибирь такая глухомань…
Все дети от поездки были в восторге. Договаривались об ответном визите американских детей к нам, о переписке.
Прошел год. И вот уже американские дети вместе с родителями едут к нам в СССР, в Новосибирск, в Академгородок.
Правда, у нас они жили не в семьях. Была грандиозная встреча в Доме Ученых. Дети радостно встретились друг с другом. Родители показали нам фильм о пребывании наших детей в США. Был накрыт праздничный стол, - и общение, общение!.. Наши дети сдружили нас, взрослых. Мы стали чем-то ближе друг другу. Никто из нас не испытывал неприязни друг к другу, к чему так долго готовили и нас, и их. Нас объединили наши дети. Расставались друзьями с чувством глубокого удовлетворения от встречи.
Некоторые ребята постарше через пару лет еще приезжали в СССР, были и у нас в семье. К тому времени страна наша немного изменилась, и американцы уже могли свободно посещать наши дома. С одной американской семьей дважды обменивались подарками через их дочь.
В течение нескольких лет наша семья получала рождественские поздравления от американских семей, в которых Виталик жил в городах Рестон, Сан – Франциско, Сиэтл. Присылали свои фотографии, рассказывали Виталику о своей жизни.
После возвращения из Америки снова учёба, экзамены. Во время поездки детей в Америку их сопровождал секретарь Обкома ВЛКСМ. Видимо, в этой поездке ему как-то приглянулся Виталий, и он настойчиво стал приглашать его на работу в Обком ВЛКСМ. Виталий всякий раз отказывался от лестного в то время предложения, так же, как гораздо позднее, уже будучи специалистом, откажется от персонального предложения работы в США.
Для него ВЦ в Академгородке был, как в той песне о деревеньке: здесь моя работа, здесь мои друзья… Отказался, несмотря на настойчивые уговоры жены. Твердое – нет!
Вся его дальнейшая работа после окончания НГУ – всё тот же ВЦ, где его, как написал о нем директор Института систем информатики проф.
А.Г. Марчук, помнят бегающим по коридору мальчишкой. Некоторое время подрабатывал, преподавая информатику в Высшем Колледже Информатики. Из его немногословных рассказов мы поняли, что руководство Колледжа поручило ему систематизировать преподавание информатики. Видимо, это удалось ему, т.к. он через какое-то время был введен в состав Ученого совета Колледжа. Повторяю – это только мои мысли, может, домыслы. Виталик не очень любил рассказывать о себе. Чаще всего о нем узнавали от Светланы, его жены, или случайно от знакомых.
Потом мы узнали, что он преподает в Университете, причем на факультете, который закончил сам. Удивились. Снова неожиданность. Спросили. Ответил кратко, что его об этом попросил человек, которому он не мог отказать.
Основным местом его работы в последние годы была созданная его единомышленниками фирма «Excelsior», от которой он неоднократно был командирован в Канаду, Швейцарию, работал с германскими заказчиками, успешно решая поставленные перед ним задачи. По характеру Виталий не был пробивным человеком, он не мог тянуть на себя одеяло в ущерб кому-то. Но, видимо, было в нём что-то, благодаря чему ему многое удавалось.
Я вспоминаю, что так было, когда пытались запустить в производство ЭВМ « АГАТ». Стали искать предприятие, на котором могли бы взяться за это дело, и для переговоров направили Виталия г.Серпухов Московской области, г.Волжский Волгоградской области, и ещё куда-то он ездил…
Передо мной лежит записка А.П. Ершова руководству факультета с просьбой отпустить студента 4-го курса Цикозу В. А. в г.Иркутск, в Торговую палату СССР, для совместной работы с американским профессором Дианой Мартин, находящейся в Иркутске в связи с проведением выставки «Информатика в жизни США». Мотивация: В.А. Цикоза является ведущим разработчиком системы «Школьница», перенос которой на американские компьютеры является темой сотрудничества с США, инициированной в своё время акад. В.А. Коптюгом.
Посылали его, а не кого-то другого, более пробивного, человека.
В свою последнюю поездку в Штаты он отправлялся как-то без особого энтузиазма, хотя хотелось встретиться со своим давним другом Андреем Филипповым, проживающем ныне в США. Повидаться, погостить, отдохнуть, что-то обсудить. Они всегда что-то обсуждали. Год назад Андрей пригласил его в Китай, где у него небольшой бизнес, и какой-то дружеский совет был бы не лишним, ну, и пообщаться, конечно. Вот и в этот раз он предложил встретиться, и Виталик поехал. Поехал, чтобы больше не вернуться...
В тот роковой день они с женой Андрея и детьми вместе с другими посетителями осматривали горную пещеру. Ничего не предвещало беды. Неожиданно на обратном пути самая маленькая, Полина, ступила с дорожки в пропасть, но, как потом выяснилось, где-то далеко внизу зацепилась за корягу в двух футах от края пропасти.
Как рассказывает Ольга, мама Полины, и другие очевидцы в американской прессе, Виталий тут же бросился в эту бездну. На фотографиях этих скал – смотреть страшно! Какое-то расстояние он преодолел, услышал и, видимо, увидел Полину, висящую над пропастью. Другого пути перед ним не было – крутизна и осыпи….
Позже два американца в более спокойной обстановке и с другой стороны смогли подобраться к Полине, ухватить её за руку и в течение 2,5 часов удерживать её. Выбраться с ней самостоятельно не было возможности. Их подняли спасатели, Полину - с помощью вертолета.
Случайно или нет, но день рождения и день гибели Виталика - 25 число...
Средства массовой информации США (и многих др. стран) широко оповестили своих читателей о героическом поступке русского парня, погибшего, спасая ребёнка.
Руководство Национального Парка, где произошла эта трагедия, прислало нам, родителям, свои соболезнования и добрые слова о нашем сыне. Мы очень благодарны губернатору Кемеровской области А.Г.Тулееву, который первым в нашей стране прислал нам телеграмму соболезнования и очень тёплые слова о нашем сыне. А через два дня направил делегацию, для вручения нам медали Кузбасса, которой Администрация Кемеровской области отметила героический поступок нашего сына, и медалей каждому из родителей, воспитавшим такого сына. Медали Российского региона, в котором не понаслышке знают, что такое героизм. Оказали и материальную помощь.
В Интернете был создан сайт Виталия. Его посетило множество людей со всех концов нашей планеты: Америки, Канады, Аргентины, Исландии, Финляндии, Украины и, конечно же, России. Возможно, что и из других стран (адрес не всегда был указан).
Пишут его друзья, одноклассники, однокурсники, люди, когда-то встречавшиеся или работавшие с ним, пишут совсем незнакомые люди, отдавая дань его мужеству.
Отдельной строкой хочется написать о студентах, настоящих и бывших. Столько тёплых слов сказано ими о нашем сыне! И вообще мы даже не могли представить, сколько чувств испытывают к нему люди .
Из Америки пришло сообщение о том, что американский Фонд Карнеги принял решение наградить россиянина Цикозу Виталия Аркадьевича, совершившего героический поступок на территории США.
А недавно губернатор Кемеровской области А.Г. Тулеев прислал телеграмму, в которой написал, что вместе с нами гордится подвигом нашего сына, что руководство американского Фонда Карнеги справедливо оценило подвиг нашего сына, что судьбе было угодно распорядиться так, что именно Виталий за 103 года существования фонда Карнеги среди 9000 награждённых был первым россиянином и что мы воспитали хорошего сына и должны гордиться им.
Виталик похоронен на нашем кладбище. 25 сентября исполнился год, как его нет с нами. Он был негромким человеком, но многое успел. Оставил добрую память в сердцах очень многих людей.
Подрастает дочь Настя, которая всегда может гордиться своим отцом. Читаю стихи Виталия и перед глазами встает светлый образ сына - ребёнка, школьника, студента, отца Настеньки – такого близкого и такого далёкого. Перелистывая страницы его биографии, думаю: Самая яркая – последние минуты его жизни.
Тихо перешептывается пожелтевшая листва, пролетит птица... Иногда навещают его приезжающие в Новосибирск друзья.
А.И. Цикоза
сентябрь, 2007