Плохие новости распространяются быстро. Я был на острове в этот понедельник, когда начались звонки - погиб Виталий. Чуть позже появились подробности и статьи в Сети: россиянин упал с обрыва, спасая 3-летнюю дочку своего друга.
Говорят, он рассказывал, что ему приснился сон и теперь он знает как умрёт. Это должно случиться в Америке в 2006 году, он упадёт с небоскрёба.
Виталий был женат на моей институтской подруге, они развелись лет пять тому назад. Она проснулась посреди той ночи от сердечного приступа, и теперь непрерывно повторяет, что ему было страшно, пока он летел эти 60 метров... Не знаю, как ко всему этому относиться. Я не знаю, есть ли что-то там, за чертой. Вряд ли Виталию нужны эти мои слова. Но мне нужно всё это сказать...
Мы ведь очень давно дружили, с 80-х. Несмотря на разделявшие нас несколько тысяч километров. Даже некоторое время работали в одном кооперативе, созданном нашим общим московским другом - Андреем. Андрей давно уехал с семьёй в Штаты, к нему-то в гости Виталий и отправился. Тогда, 20 лет назад, ещё не было электронной почты, и у меня дома лежит толстая пачка листочков бумаги, исписанных аккуратным, почти каллиграфическим почерком. Там, вперемешку с обсуждением структуры новой операционной системы, разговоры "за жизнь", философские беседы и стихи. Он писал очень неплохие стихи. А ещё про него говорили, что он пишет программы без синтаксических ошибок - и я был тому свидетелем. Вообще, он был очень талантливым и необычным человеком. И владение японским в этом ряду выглядело абсолютно уместным и естественным.
Наверное, надо говорить, что он был хорошим человеком. Не знаю. Он был сложным, очень сложным - понятия плохой-хороший тут не работают, для этого надо как минимум человека понимать. Не думаю, что многим это удалось. Но в момент истины он поступил единственно возможным способом. Не потому, что герой, а потому, что иначе жить - нельзя. Непафосный такой героизм, без фанфар.
Его дочь, Настя, может по праву гордиться отцом. Когда-нибудь она приедет во то проклятое ущелье, в тот город, где люди искренне считают, что Виталий совершил Подвиг с большой буквы. Но пока ей не до этого, сейчас ей надо просто смириться с тем, что уже произошло. Хочется что-то сказать Андрею, отцу Полины, но в горле - ком. Я знаю, что ему сейчас очень тяжело. Наверное, он винит себя во всём случившемся, хотя его вины и нет. Ты слышишь, я прощаюсь с тобой, Виталий! И ты нас всех - прости.